Герой

Марта Агеева. Талант вдохновлять

Утончённая и женственная, решительная и уверенная, девушка – весна, человек – вдохновитель – это всё о ней, о Марте.

Журналистка, обозреватель ИТАР-ТАСС, преподаватель, основатель «Экскурс-бюро №1» и «Фонда Добрых Дел» – это тоже о ней. Человек, который успевает, кажется всё, и считает себя ужасно ленивым.

Марта пришла к нам на интервью после одной из своих экскурсий, вплыла в кафе, улыбающаяся, на огромных каблуках, с очаровательной муфточкой, по ходу успела сделать кучу комплиментов, отметив всё – от идеи нашего блога до цвета лака и заставки на телефоне. И начала рассказывать. И мы забыли о времени.

Есть талантливые и успешные люди, которые просто давят тебя своим величием, обитают где-то на небесах, до которых тебе никогда не допрыгнуть и снисходительно оттуда смотрят. После общения с такими людьми чувствуешь себя ужасно жалким и ничтожным. А есть люди, такие, как Марта, которые вдохновляют своим примером. После встречи с ними хочется бежать, придумывать, делать. Они заряжают тебя своим талантом и энергией. И ты понимаешь, что имела в виду Вера Полозкова, когда писала: «ты сам себе гвоздь в сапоге и дурная примета». Всё зависит только от тебя. Потому что нет ничего невозможного.
Нет.

— Расскажи об экскурсии. Как всё прошло? Что за маршрут был?
— Очень классная была экскурсия. Была премьера маршрута, а премьера – это всегда очень волнительно. У нас есть разные прогулки. Сегодняшняя называлась «Москва для влюблённых и мечтающих влюбиться». Всё было проникнуто темой любви, к нам пришло много парочек. Обычные наши клиенты – это молодые люди, девушки, которые интересуются Москвой, но по экскурсиям никогда не ходили. Мы стараемся охватить эту аудиторию. Сегодня мы погуляли по самому романтичному садику Москвы – саду «Эрмитаж», рассказали кучу историй. Было дико холодно, но на этот случай мы приготовили специальный «любовный напиток», которым поили наших слушателей у памятника Высоцкому, чем вызывали интерес полицейских – что это за люди с пластиковыми стаканчиками в 12 часов дня? Всё прошло очень здорово. У нас ещё работал фотограф на прогулке, и потом люди смогут получить свои снимки.

Несмотря на то, что мы все очень замёрзли, ощущения очень позитивные! Мы считаем, что экскурсия удалась, когда в конце звучат аплодисменты. Сегодня они прозвучали!

— С премьерой тебя! Расскажи, как появилось «Экскурс-бюро №1»?
— 
Начну с самого начала. В 10-11 классах у меня в школе был такой предмет – УПК (учебно-производственная практика). Не знаю, остался ли он сейчас. И все были программистами – компьютерщиками. А нас наша классная руководительница отдала на растерзание в экскурсионную школу. Понятно, что каким-нибудь мальчикам – двоечникам это всё было совсем не интересно, а я всегда дико любила свой город, и мне такая работа очень нравилась. Нас учили составлять маршруты – по Арбату, Зарядью, Красной площади. В конце нам выдали корочки, и все благополучно об этом забыли.

Когда наступила эра интернета и социальных сетей, я, естественно, активно в неё включилась и стала вести свой блог. И в одном из своих постов я написала: ребят, вы представляете, оказывается Тверскую когда-то сильно раздвигали, дома переставляли и прочее. Написала, что я знаток Москвы и спросила, интересно бы людям сходить со мной на прогулку. И я удивилась количеству комментариев. Около пятидесяти человек сказали: «Конечно! С тобой погулять было бы очень классно!». И я снова об этом забыла.
И как-то раз, когда моя подруга, с которой мы дружим уже десять лет, вернулась из Рима и рассказала об экскурсии, на которой она там побывала. Экскурсовод сделал такой микс: рассказал и об истории Рима, и о том, что происходит в современном городе, и о том, где можно поесть. Ей очень понравилось. И мы поняли, что в Москве ничего подобного – такого красивого, глянцевого – нет. Есть экскурсии, но они все очень фундаментальные, сложные – «Война и мир», классика. А вот Азбуки, милой и классной, нет. И мы решили попробовать. Стали писать маршруты. Мы сразу поняли, что упор будем делать не на историю. Мы походили на разные экскурсии, которые есть в Москве. Они все были очень интересные, но слишком тяжеловесные, для знатоков. Наша аудитория – это люди с 17 до 35 лет. Это люди, которые ходят в музеи, в театр, в кино, кафе, и больше не знают, как развлечься. Мы предложили им новый вид досуга – прогулки по своему городу. Наш первый маршрут был очень интересным – мы решили взять центральную улицу – Тверскую – и сделать тему «Москва модная». Сначала сами ходили по своему маршруту, планировали, что рассказать, куда поставить группу, замечали много того, на что раньше не обращали внимание. И тогда я поняла, что если уж есть то, чему удивляюсь я, москвичка, то другим будет интересно 100%. И с лета мы начали водить экскурсии.

— То есть, ваши экскурсии отличаются от других тем, что они не перегружены фактами, вы обращаете внимание на интересные детали, которые другие считают несерьёзными?
— 
Да, мы не просто рассказываем: «Тверская называется так, потому что это дорога на Тверь». Без всяких там «В тысяча пятьсот сорок восьмом году было построено…». Нет, это всё тоже есть, но сочетается с разными интересными фактами. Например, мы приходим в Камергерский переулок, видим МХТ имени Чехова, рассказываем историю любви Чехова и Книппер, тут же – Старбакс. Почему на логотипе русалка? Какой у них доход?

— А почему на логотипе русалка?
— 
Вооооот! Интересно же! Изначально на логотипе была коричневая русалка, которая символизировала то, что кофе является заморским продуктом. Потом русалка стала зелёной, а скоро опять будет коричневой, буквально через несколько месяцев. Так что кружки с зелёными русалками уже почти эксклюзив.

В результате получилась такая Москва 6-D – тут мы рассказываем, где покушать, тут – какая выставка, тут – палаты XVII века показываем.…Наш проект стал пользоваться популярностью, и люди, которые никогда не ходили на экскурсии, начали приходить к нам.

— Какие планы по развитию Бюро?
— 
С этого года будем делать экскурсии на английском, чтобы водить ещё и иностранцев. Вообще, планов очень много! Мы уже не справляемся сами со всей работой, поэтому открываем школу экскурсоводов. Уже набрали 12 человек. Надеемся, что они станут экскурсоводами, на этом ведь можно хорошие деньги зарабатывать. Сейчас нам главное обучить их, передать свой фирменный стиль.

— Какие маршруты у вас уже есть?
— 
Самые основные – это «Москва для влюблённых и мечтающих влюбиться», «Москва модная», «Москва центральная» — это Красная площадь, Зарядье, Китай-город, скоро добавится «Москва кинематографическая» и, возможно, «Арт-Москва».

— Вы сразу ощутили свою востребованность? Было непонимание, какой-то негатив в вашу сторону?
— 
Негатив был, но не со стороны посетителей. Уже на вторую прогулку к нам приехали журналисты с ТВЦ, про нас стали писать. Самым громким стал материал в «Большом городе». Нам стали поступать тысячи предложений, предлагали сотрудничество, заказывали корпоративы. Но вместе с этим, как всегда и бывает, полилось много отстоя. Люди писали: с чего это вы взяли, что вы такие уникальные, вы вообще непрофессионалы и всё в таком духе. Причём, мы себя нигде профессиональными искусствоведами и экскурсоводами не называли, мы просто делаем то, что нам нравится, и рады, что это нравится кому-то ещё. И мы совсем не против, если в городе будет много подобных проектов. У нас же тысячи музеев, интересных мест! Мы стараемся спокойно реагировать на все эти возмущения.

А люди после прогулок обычно остаются довольными. Самый трудный момент в экскурсии, когда ты видишь человека с абсолютно равнодушным лицом. Ты стараешься его зажечь, вдохновить, а он смотрит на тебя с выражением «что это за отстой?». А в конце говорит (делает смешной манерный голос): «Вы знаете, мне так понравилось! Я приду ещё». Приходит по два-три раза на одну и ту же прогулку и всё равно ходит с каменным лицом.

— Ты уже привыкла давать интервью или пока что привычней самой задавать вопросы?
— 
Наверное, самой задавать. За время работы в ТАССе у меня было мало долгих, фундаментальных интервью. Поэтому я бы с удовольствием поработала ещё в этом жанре. Это всегда дико интересно! Всё, что ты сам можешь сказать, это всё ты уже знаешь, а то, что скажет другой человек – это что-то новое, классное.

— Пока мы ещё не очень далеко ушли от московской темы, хочу узнать твоё мнение вот по какому вопросу – как ты думаешь, почему в Москве такое количество людей, которые настолько сильно не любят свой город? По-моему, это уже становится своеобразной модой. В других крупных городах я такого отношения в таком масштабе не встречала.
— 
Каждую свою экскурсию мы начинаем с вопроса: за что вы любите Москву? И процентов 30% обычно отвечает: «Я вообще Москву не люблю, но надеюсь, что после вашей прогулки полюблю». И начинаешь ещё больше стараться.

— Я могу понять людей, которые Москву не любят. Если бы я, например, жила в своём любимом Петербурге и впервые приехала бы в Москву на Ленинградский вокзал, я бы тоже не полюбила этот город. Что я вижу, когда приезжаю в шикарный Питер? Петра I, Невский проспект, тысячи уютных, дешёвых кафе, места, где можно остановиться, музеи, где не так много очередей, вижу воспитанных людей, которые, даже если в 6 утра не знают, как куда-то пройти, всё равно будут стараться объяснить мне. И что я вижу в своём городе? Я вижу грязь, я вижу, что «Комсомольская» закрыта вечно, я вижу почему-то Ленина на вокзале, давку и безнадёгу в метро, бесконечные пробки. Так что я понимаю людей, которые не любят Москву. Но я по жизни во всём стараюсь видеть хорошее. Я родилась здесь, я люблю этот город безумно. Со многими местами связаны воспоминания. Прохожу мимо кафе и вспоминаю, что здесь у меня было первое свидание.

Самое главное, за что я люблю Москву, — это за то, что мы можем делать здесь всё что угодно. Нам захотелось открыть Бюро – мы открыли. Нам поступила тысяча предложений. Мне очень нравятся маленькие города, но мне кажется, через месяц я бы там умерла от скуки. Я бы сделала там всё – стала бы мэром города, открыла Департамент культуры, школу журналистики, фотокурсы, научила бы всех детей всему, чему можно. А Москва – это город, который постоянно держит в напряжении. Я открыла Бюро, ещё сто пятьдесят человек открыли Бюро. Такой супердрайв. А люди, ругающие Москву, может быть, они внутри такие – всё ругают, не только Москву?

— А что ты думаешь о том, что Москва постоянно меняется, перестраивается?
— 
Иногда бывает обидно просто до слёз! Особенно, когда смотришь выпуски «Москвы, которой нет», они очень хорошие книги выпускают. И ты видишь, что на Тверской росли деревья, рядом с Центральным телеграфом был красивый дворик… А сейчас ничего этого нет. Но при этом я считаю, что город должен развиваться и расти. Мне нравится Москва-Сити. Мне нравится, что в моём городе сочетаются разные времена, разные века. Но хотелось бы, чтобы это было не в урон старым, историческим зданиям. Огромное спасибо всем тем, кто борется против разрушения города, кто выходит на митинги. Город растёт и нуждается в расширении, но иногда это происходит совсем уж безумно. Например, гостиницу «Россия» построили, снеся целую улицу в Зарядье. Просто взяли и уничтожили – городу нужна гостиница. Прошло 30 лет – она так уродует облик города, давайте её снесём! То есть, когда она уже вписалась, когда к ней привыкли, надо снести. У нас всё только кардинально происходит – все подчистую снести, построить новое, потом опять снести.

— Давай сменим тему. У тебя очень красивое и необычное имя – Марта. Каково это быть Мартой?
— 
О, спасибо! Супервопрос! Я каждый день благодарю за это родителей! У меня есть крестники, их зовут Матисс и Луис. И я их маму уже предупредила, что эти дети будут необычными всегда и во всём. Моё имя наложило, конечно, отпечаток на мою жизнь. Когда я родилась, такого имени не было, в свидетельстве о рождении я была записана как Мария. Никто не знал, что это за Марта такая. И я всегда была со своим именем одна – в классе, в институте, везде. С детства я понимала, что я не могу просто так тусить во дворе. Мне надо было пойти в школу телевидения. Я не могу просто пойти на свидание, мне нужно необычное свидание. Это не потому что я такая снобка, просто как-то так получается. А для публичной профессии такое имя – это большое счастье. Когда я звоню человеку, мне нужно только сказать: «Это Марта». И больше ничего не надо объяснять, говорить: «Помните, это та девушка, мы с вами познакомились на таком-то фестивале тогда-то….». И своих детей я не буду называть обычными именами. Хотя, мне нравятся разные имена, но вряд ли я свою дочку назову просто Анечка. Я же знаю, каково это – обладать необычным именем! Кстати, моё имя переводится как «госпожа». И я это в себе чувствую и стараюсь гасить, добавлять мягкости. Но свою необычность я чувствую, и наверное поэтому никогда ничего не боюсь.

— Такой характер очень помогает в профессии, да?
— 
Да! В профессии меня не пугало вообще ничего и никогда. Летом я участвовала в проекте по ядерной медицине. Мне предложили делать конференцию по изотопам. И я без страха, без стеснения согласилась. Я сразу предупредила, что это не моя тема, где мои гуманитарные мозги, а где ядерная медицина! Но мне сказали: «Ничего! Мы знаем, ты пробивная, всё сделаешь!». Я набирала народ, писала доклады по молибдену – 99, делала презентации, устраивала мероприятия. Эта конференция уже давно идёт в других странах, а Россия принимала участие в ней впервые. Всё получилось, о нас написали СМИ. И когда я понимаю, что я это сделала, мне действительно уже ничего не страшно. Скажут провести любое культурное мероприятие, выставку с нуля организовать – я сделаю. Мне кажется, тут большую роль играет воспитание, то, что ты с детства ничего не боишься. Думаешь, ну нет, значит нет, а вдруг получится? И когда получается, это действительно круто!

— Расскажи о своём пути в журналистику.
— 
Началось всё с того, что в 7 классе я пошла на юридические курсы, мне понравилась эта профессия – помогать людям. Но я поняла, что юрист – это, скорее всего, офисная работа, а я ещё в детстве решила, что не буду с 10 до 7 сидеть в офисе. Мне каждый раз нужна разная картинка, разные люди, я поняла, что заниматься одним и тем же не смогу. Я же всё-таки Марта, необычная (смеётся). Как это я с 10 до 7 буду в офисе, а с 2 до 3 – на обед?! И я поняла, что журналистика сможет дать мне тот ритм жизни, какой я хочу. В нашем Южном округе была газета, называлась «Только мы», и в ней вышел материал девочки, которая училась в параллельном классе. Она написала обидную статью про нашего учителя математики. Что он больше занимается не математикой, а нравоучениями. И я решила за него заступиться. Я позвонила в редакцию и сказала, что это очень однобокое мнение и предложила прислать своё. И я написала материал. Учитель меня очень благодарил, а я поняла, что благодаря этой профессии я не только смогу общаться с интересными людьми, видеть интересные места, но и помогать другим. Чуть-чуть перескочу вперёд – когда я уже работала в ТАССе, у меня случился кризис. Я переживала, что занимаюсь какой-то фигнёй. Ну что я делаю? Пишу новости о культуре – выставка Dior открылась в Пушкинском музее. Ну и что? Кому я этой новостью помогла? А потом я в журнале Psychologies прочитала интервью с Энн Хэтэуэй. Она говорила, что тоже переживала, что столько училась актёрскому мастерству, а играет в каких-то второсортных комедиях. Можно же снятся в таком фильме, который перевернёт чью-то жизнь. А потом она поняла, что кто-то посмотрел фильм «Дьявол носит Prada», и ему стало радостно на один вечер. Значит, это в любом случае не зря. И я пересмотрела свою работу. Я подумала: люди слишком запарены, замучены болезнями, неприятностями, а прочитав мой материал, они могут пойти на какую-то хорошую выставку, посмотреть хороший фильм. И их день станет радостней!

Итак, возвращаюсь обратно. Я пошла во Дворец творчества на Полянке в студию журналистики. Хорошо помню свой первый журналистский опыт. Я тогда была немного застенчива, это сейчас я могу легко подойти к человеку, сказать например: «О, ты читаешь «Большой город»! Я тоже его люблю!» и начать болтать. Тогда я так не могла. И на первом же занятии нас послали в ГУМ, чтобы мы спросили пятерых человек, что им нравится в Москве. Мне было очень страшно ходить одной по этому ГУМу. Я вычислила тётеньку-уборщицу, подумала, что она-то меня точно не прогонит. И она так много мне наговорила, что пять человек мне уже не понадобились. И уже потом, когда я освещала Олимпиаду в Пекине, я думала: «Круто! А когда-то я боялась подойти к уборщице в ГУМе». Возможно, теперь у меня таких страхов нет, потому что я не разделяю людей на звёзд и незвёзд. Для меня любой человек такой же, как я. Я почти никогда не беру автографы. Для меня – что простой учитель, что Никита Михалков – абсолютно всё равно! Даже самые суперзвёзды – это те же люди, со своими страхами, комплексами.

После школы журналистики я работала в газете «Пионерская правда» и на телевидении Южного округа. Когда подошло время практики после первого курса, я подумала: я работала в газете, в журнале, на телевидении. Где я не работала? В информационных агентствах и на радио. Открыла справочник «Жёлтые страницы» и начала звонить, спрашивать, есть ли какая-нибудь стажировка. И слышала смех на другом конце провода: «Коля, послушай, к нам на стажировку хотят!». Смеялись, клали трубки. И я подумала, а что это я звоню в какие-то дурацкие замшелые места, где мне в трубку смеются? Сейчас буду звонить по крупняку. «Интерфакс» не ответил, «ИТАР-ТАСС» и «РИА» пригласили на собеседование. Я пошла в ТАСС, потому что это старейшее агентство. Пришла, мне сказали: «Сейчас обеденный перерыв, потом совещание, вы подождите на лавочке». Я сидела на лавочке перед закрытыми дверьми четыре часа. Но я решила, что хочу работать именно здесь. И своих учеников, когда уже стала преподавать, я всегда учила тому, что нет никакого места, где были бы закрыты двери. Вы хотите на Первый канал, вы будете на Первом канале, вы хотите работать в Esquire, вы будете работать в Esquire!

Наконец за мной спустился дяденька, спросил, о чём мне нравится писать. Я сказала, что о культуре, и он отправил меня на открытие школы арт-менеджмента в МХАТ им. Чехова, где должны были быть Олег Табаков и Юрий Грымов. Мне нужно было взять комментарий и написать материал. Написала. Главный обозреватель сказал, что это мрак, что вообще ничего не понятно. И это притом, что материал выпустили! Все стали возмущаться, почему это меня сразу послали во МХАТ, и стали думать, что я блатная. Потому так просто в ТАСС никто не приходил. А моему начальнику понравилось, что девочка пришла и сказала: «Я хочу у вас работать!».

Первый год работы в ТАССе я не отказывалась ни от чего. Выставка в Кузьминках? Пожалуйста! Какая-то совсем маленькая, никому неизвестная выставка, материал о которой, может быть, и не выпустят? Отлично! И это впечатлило моих коллег. Ну и потом уже началось время, когда я ездила на Олимпиаду в Пекин, работала на Евровидении, приходила в ТАСС и открывала его своим ключом и думала, что когда-то я сидела перед ним на лавочке, и меня не пускали.
ТАСС – это потрясающая школа. Я могу писать где угодно, когда угодно и о чём угодно.

— У тебя есть кумиры в профессии?
— 
Мой первый кумир – это Владимир Гиляровский. Он научил меня тому, что журналистика должна помогать. Он же помогал своими репортажами спасать московские здания.

Когда я была маленькой тринадцатилетней девочкой, моим ориентиром была премия Тэффи. Я представляла, как получу Тэффи за свою серию репортажей, как мной будут гордиться родные. И что? Сейчас Тэффи уже вообще не ценится, телевизор не смотрит даже моя бабушка, так что этот ориентир полностью потерялся. Поэтому я скорее думаю о людях, с которыми бы мне хотелось поговорить, а не на кого бы стать похожей. Я бы очень хотела сделать интервью с Вуди Алленом. Ну а в качестве вдохновителя посоветую всем журналистам прочитать книгу Валерия Панюшкина «Незаметная вещь».

— Как ты начала преподавать?
— 
Когда я окончила школу журналистики на Полянке, мне предложили быть педагогом. Я понимала, что вряд ли я со своим тогдашним опытом могу научить чему-то детей от 13 до 18 лет (а мне самой было 17). Но я могу передать им любовь к профессии, вдохновить примером великих журналистов. Лучших материалов, чем те, которые писали мои ученики, я никогда не читала. Это были самые красивые и искренние статьи. Я никогда не ставила никаких запретов, ограничений, никогда не говорила: «Так нельзя писать!» или «В заголовке сначала должно идти «что», потом «где», потом «когда». У нас была абсолютная свобода творчества. Им ещё будут запрещать в институтах, изданиях, где они будут работать. А в студии должно быть вдохновение.

Потом, когда начались постоянные командировки, мне пришлось оставить студию, но я очень скучала по преподаванию, по ученикам, мне не хватало этого. И я пришла в «Гараж» к своей подруге (она глава образовательного отдела «Гаража») и предложила ей открыть школу журналистики. И мы сделали школу арт-журналистики в «Гараже». Сейчас «Гараж», к сожалению, закрылся, он переезжает в Парк культуры, и мы надеемся там свои занятия возобновить.

Конечно, возраст 40-60 лет очень хороший для преподавания, тогда уже есть и опыт, и знания. Но почему-то в нашей стране нет преемственности. Мы были в Петербурге на конференции, рассказывали о нашей школе. Все западные журналисты были в восторге, нас звали в Нью-Йорк, чтобы мы открыли такую школу там. А наши российские критики сказали, что это провал и катастрофа, что мы учим очень легко, не даём фундаментального образования. В общем, мы там много всего наслушались. И это притом, что когда мы только открывали школу, мы приходили ко всем этим критикам и искусствоведам и просили их прийти к нам на занятия, поделиться своим опытом со студентами. Все отказались. Люди не принимают новаторских проектов – вдохновителей.

— Ты ещё и благотворительный фонд открыла! Расскажи о нём!
— 
Он называется «Фонд добрых дел». Мы с Юлей, с которой открыли Бюро, всегда участвуем в разных благотворительных акциях. Понятно, что если объявляют сбор подарков для старичков и старушек в дом престарелых, мы накупим зефира, конфет и придём. Это даже не обсуждается, это то, что должны делать все. Но мы решили придумать акцию, которая будет направлена на всех людей. И придумали. Вот ты сидишь в кафе, и тебе вместе со счётом приносят бланк, на котором написано «Загадай мечту для друга!». И ты пишешь: «Я, Маша, хочу, чтобы моя подруга Катя поехала в Венецию». И оставляешь свои контакты. Мы хотели, чтобы в новогодние праздники люди думали не о своих виш-листах, а о друзьях, близких. Мы нашли партнёров, которые могли бы финансово нам помочь с исполнением желаний, и запустили акцию. Мы были уверены, что люди будут заказывать айфоны, айпады, дорогую технику. Мы обалдели! 70% желаний вообще не были связаны с материальными вещами. Кто-то писал: «Я желаю своей подруге влюбиться, она у меня классная». Желали счастья, любви, радости… Нет, были и материальные желания, очень милые и классные – детская кроватка, тёплый шарф для бабушки, коробка киндеров. Наши партнёры нам очень помогали. Например, у нас были абонементы на каток, мастер-классы от известных фигуристов, сертификаты в салоны красоты. Самое классное – это реакция людей. Мы звонили им и говорили: «Здравствуйте, вот вы загадывали желание для друга». Большинство ответов начинались так: «Надо же! Я думал, это ерунда! Я никогда нигде не выигрывал! Теперь я верю в чудеса!».

Мы выполнили много желаний. Собрали всех в кафе, люди приводили своих близких за подарками, и не говорили им, куда и зачем их ведут, это был сюрприз. Было очень тепло и радостно. Такие дни точно не забываются. Ты помогаешь людям не потому, что им это нужно, а просто делаешь мир чуть-чуть радостнее. Потому что каждую мечту можно исполнить.
Часть желаний исполнили читатели моего блога. Я вывесила список из 13 желаний, которые оставались и спросила, вдруг кто-то захочет их исполнить. И нашёлся молодой человек, с которым мы никогда не виделись, и написал: «Я исполню всё». Там были такие желания: ящик киндеров, ящик виски, подушка для самолёта, билеты в кинотеатр и т.д. Он потом написал мне письмо, рассказал, что всегда хотел помогать людям, но не в каких-то простых акциях. А наша ему очень понравилась, и он откликнулся.
Следующая акция, которую мы запланировали, будет называться «Удели время». Например, кому-то нужно помочь перевезти вещи на дачу. У тебя есть машина и есть время, и ты откликнешься.

— А спонсоров вы легко нашли? Те же катки и салоны красоты сразу согласились помогать вам? У вас ведь нет громкого имени.
— 
Чтобы найти эту горстку партнёров, которые нам помогали, мы обзвонили очень многих. Где-то снова слышали смех в трубку, хотя мы предлагали всем дарить профильные подарки. Например, закажет кто-то альбом по искусству – ну что, книжному магазину трудно подарить один альбом? Многие отсеялись. Те, которые в итоге нас поддержали, тоже соглашались с неохотой, но если мы чувствовали хоть малейший интерес, мы прямо цеплялись. И когда уже была итоговая пресс-конференция, все они сказали: «Это такая крутая акция была! Зовите нас всегда! Мы всегда будем вам помогать». Так что трудно только в первый раз. Но мы с горящими глазами убеждали, рассказывали, как это классно. И убедили!

— Как ты всё успеваешь? Ты вообще спишь?
— 
Ой, это моя большая проблема. Мне кажется, я человек – лень (все сейчас засмеялись, да? – ред.). Вам только кажется, что я успеваю много. Вот как у меня день строится. Мне не надо с 10 до 7 работать, поэтому нужно обладать железной волей, чтобы вообще выйти из дома. У меня ещё к тому же щенок, с которым надо гулять несколько раз в день. Я встаю, занимаюсь английским по скайпу, а потом нужно заставить себя работать. И ты понимаешь, что вечером надо идти на выставку – а можно и не идти. Надо идти на спорт, а можно и не идти. Перед экскурсией я три дня учу текст, вместо того, чтобы грамотно распределить это на большее время. Я читала книги по тайм-менеджменту и одно время следовала их советам, но всегда так жить у меня не получается. Многое зависит от настроения, когда-то оно есть, когда-то нет. Я во всех ежедневниках себе пишу «Самодисциплина!», «Быть организованнее!». Но если мне звонит подруга и говорит, что ей нужна помощь, нужно моё участие, я забиваю на всё. С 13 лет у меня постоянно какой-то проект, я всегда работаю. Неужели я буду любимым людям отказывать из-за того, что я в работе? Я могу отодвинуть дела. Жизнь ведь строится из общения, из взаимопомощи. Так что я, конечно, много успеваю, но могу больше.

— На личную жизнь времени хватает?
— 
Да, хватает! Я на это всегда найду время! Что может вдохновить так, как свидание? Или я пришла в только что открывшийся Большой театр, где ещё никого не было, сфотографировала его, и хочется не просто в ЖЖ выложить (где все мои единомышленники, и я просто обожаю читать их комментарии), хочется обязательно позвонить молодому человеку и сказать: «Ты представляешь, я в Большом театре!». И когда он разделяет с тобой это мгновение, чувствуешь себя абсолютно счастливой.

— И последний вопрос, который очень хочется тебе задать. Ты очень женственная девушка. Что ты вкладываешь в понятие «женственность»?
Спасибо! Классный вопрос! Часто слышу этот комплимент и всегда ему радуюсь. Потому что разные периоды были в моей жизни. В 13 лет я ходила в широких штанах, толстовках, слушала Децла, красила волосы в белый цвет. И тут сыграл момент в воспитании. У меня мама стилист-имиджмейкер, она могла скорректировать мой стиль, привезти кучу одежды из Италии, но она этого не делала и никогда ничего мне не запрещала. Поэтому я, кстати, росла очень послушной! И период подросткового бунта сам собой прошёл. Помню ключевой момент: однажды учитель физкультуры, когда я пришла в школу в юбке, сказал: «Так ты, оказывается, худенькая! А я всегда думал, что ты очень полная». Потом был конкурс красоты, на котором я впервые надела высокие каблуки, и с тех пор их не снимала. Даже экскурсии вожу на каблуках. Мне настолько нравится, что мы девушки, что мы можем этим пользоваться, все эти каблуки, платья… Но к этому надо прийти. Я люблю красиво одеваться, следить за модой, писать о ней. Но внутренней женской мягкости я ещё учусь. Когда мужчина пишет мне смс: «Я вернулся домой в 12 ночи, я так дико устал», — я сижу и возмущаюсь. Думаю, почему он мне вообще это пишет? Он же мужчина. Я сегодня вела экскурсию, сделала кучу всего, погуляла с собакой, постирала, приготовила ужин. И я не пишу таких смс! Почему мне какие-то нытики попадаются? Почему всё сместилось? В общем, меня это дико раздражает. На что мудрая мама мне сказала: «Марта, он обращается к тебе именно как к девочке-кошечке, которая просто погладит и скажет: устал, бедный, ну отдыхай, конечно». И я стараюсь быть мягче, учиться внутренней женственности.

Share on FacebookShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn
comments powered by HyperComments
po_moe_my
2012-04-03 11:04:30
мне ОЧЕНЬ понравилось. И Интервью, и вопросы, и девушка (и даже камменты в скобках). Такое ощущение, что сама посидела на весенней лавочке с этой девушкой)) здорово!
people_on_plate
2012-04-03 03:04:41
спасибо!)это замечательно!)
wedding_mania
2012-05-24 10:05:56
Сколько знаю Марту (мы вместе учились), она всегда такая класссная! Я прям слышу, как она это говорит своим звонким и веселым голосом! Марточка, обнимаю тебя виртуально!