Герой

Ксения Безуглова: «Мы стремимся к интеграции и равным возможностям»

Я познакомилась с Ксенией год назад, когда она приехала в гости в библиотеку, где я работаю. Обаятельная, симпатичная, умная, очень деловая молодая девушка, победительница конкурса  «Мисс мира-2013» среди девушек-колясочнец. Честно сказать, до Ксении я практически никогда не общалась с инвалидами на колясках. У меня, стыдно признаться, но, наверно, как и у многих, был стойкий стереотип, что это несчастные, угрюмые люди, с которыми нужно быть сверхаккуратным и политкорректным. Стереотипы появляются не просто так, конечно. Но Ксения произвела на меня совсем иное впечатление. После пары минут общения с ней забываешь о коляске и чувствуешь себя свободным от всех стереотипов, потому что перед тобой современная, открытая, живая, целеустремленная женщина, равная, а в чем-то и превосходящая тебя.

Ксения родилась в 1983 году в Кемеровской области в семье гидрогеологов. С детства вела активный образ жизни, была веселой, общительной и успешной девушкой. Семь лет назад Ксения попала в автомобильную аварию, после которой у нее оказался сломан позвоночник, и она потеряла возможность ходить. В это время она была в положении и вопреки всему через несколько месяцев родила девочку Таисию. Сегодня вместе с мужем Алексеем Безугловым они снова ждут пополнения в семействе.

Через несколько лет после аварии Ксения по инициативе подруги приняла участие в Международном конкурсе красоты среди девушек на колясках, который проходил в Риме. И победила, став обладательницей титула «Мисс мира». А после — началась активная общественная работа. Сейчас Ксения является членом Комиссии по делам инвалидов при президенте РФ, членом Координационного совета по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ, членом Молодежного совета при мэре Москвы и Координационного совета при Министерстве здравоохранения. Она выступает за равные возможности для инвалидов и ведет множество социально полезных проектов.

Нам было интересно поговорить с Ксенией о ее работе, о проектах, о равнах возможностях, о проблемах молодых инвалидов и о том, как они решаются.

Не могу не затронуть эту тему — как Вы пережили трагедию, которая с Вами произошла? Что было самое сложное? Где и как набирались сил?

Сейчас мне сложно говорить об этом, как о трагедии, потому что я пережила это, и у меня все хорошо. Главным для меня всегда были люди, которые меня окружали. Это моя семья, огромная орава друзей, которые были рядом со мной. До аварии я успела создать жесткий каркас из близких людей, на который могла опереться. Люди хотели мне помогать, хотели меня поддерживать, даже те, кто был не очень близок, стали близки, потому что хотели быть рядом, участвовать, помогать. Так было с самого первого момента и по сей день.

Мне кажется, человек с детства должен заботиться о других людях, и не потому, чтобы потом получить что-то взамен, а потому, что это правильно. Этому я учу и свою дочку. Начинать нужно с себя.

А если так сложилось, что человек остался один, что ему делать?

В таком случае спасает общение в интернете, реабилитационные центры, в которых люди встречаются, общаются, знакомятся и обрастают связями. В любом случае не нужно закрываться, замыкаться в себе и в четырех стенах, нужно выходить к людям.

С какими основными проблемами сталкиваются инвалиды в Москве и в регионах?

В Москве и в России абсолютно разная ситуация. В регионах всё довольно сложно. Поэтому нужно разделять. Если говорить о Москве, то здесь до сих пор осталась проблема недоступной среды. Некоторые люди с ограниченными возможностями все еще не могут выйти из дома, но проблема решается, и я думаю, что в скором времени она будет решена. Я наблюдаю и вижу, что многие пешеходные зоны уже обеспечены съездами, хотя не везде и, например, в моем районе есть труднодоступные места, где я не могу проехать. В Москве хорошо развиты реабилитационные центры, и помощь в них предоставляется бесплатно для инвалидов.

В регионах всё гораздо сложнее, там практически нет реабилитации, нет технических средств для реабилитации, нет колясок, ходунков, велотренажеров, вертикализаторов, которые в Москве даются по программе инвалидам бесплатно. В регионах люди об этом даже не мечтают, кто-то годами не выходит из дома. И это очень большая проблема.

Однако основную проблему в стране я бы обозначала так – недоступность образования для людей с ограниченными возможностями. Если это инвалиды с рождения, то они и остаются на всю жизнь потребителями и иждивенцами. Очень небольшой процент инвалидов идет получать образование и пробивать себе дорогу в жизнь. Большинство довольствуется тем, что у них есть, ссылаясь на недоступность среды. Да, препятствий много, это и выход из дома, и транспорт, и попадание, порой, во враждебную среду, и общение с новыми людьми. Решаются на всё это самые сильные.

Как же исправить эту ситуацию?

Запускаются специальные программы. Я вхожу в Комиссию при президенте РФ по делам инвалидов, с рабочей группой мы подготовили программу, которая будет обсуждаться на ближайшем заседании. Оно будет посвящено реконструкции системы образования. Мы поговорим о том, чего не хватает для того, чтобы наши инвалиды стали образованнее.

В целом политика в стране сейчас перенаправлена на то, чтобы из инвалида иждивенца сделать полноценного гражданина нашего общества, налогоплательщика. Создаются программы по трудоустройству инвалидов, в которых задейственен и Фонд социального страхования, то есть большая государственная структура, которая готова давать инвалидам необходимые средства для поиска места работы как в столице, так и в регионах. Эти программы предусматривают точечное рассмотрение проблем. Например, тебе нужна специальная машина, чтобы ездить на работу, значит тебе предоставят эту машину, значит средства будут потрачены не на очередную поездку в санаторий, а на машину, которая тебе необходима для нормальной жизнедеятельности.

Меня такая политика очень радует. Хотя многие инвалиды недовольны, потому что они привыкли жить на иждивении. Но я считаю, что это хорошая трансформация, если мы говорим о равных возможностях, то они действительно должны быть равными, и инвалиды должны иметь возможность работать и обеспечивать свои семьи. 

Слово «инвалид» имеет довольно спорную коннотацию. Кто-то считает его оскорбительным. Что Вы думаете по этом поводу?

Это повод для долгих дискуссий. Я считаю, что всегда можно найти какие-то термины, которые можно оспаривать бесконечно, и в этом нет смыслы. Есть слово, которое для всех понятно, которое всем обо всем говорит, и чем больше будет таких инвалидов, как я или как наши спортсмены параолимпийцы, тем более будет трансформироваться слово, менять свою коннотацию.

Единственное, за что я борюсь, это за введение термина «молодой инвалид». Потому что в стране у нас есть категории дети-инвалиды и есть просто инвалиды, но нет молодого инвалида, все после 18 лет равны. То есть я и пожилой дедушка 90 лет – одинаковы и для нас идет одинаковая политика, это неправильно. Естественно нужно ввести понятие «молодой инвалид», бороться за это. Ведь молодые инвалиды – это категория в большинстве своем активных трудоспособных целеустремленных людей, и я считаю, этой категории нужно уделять особое внимание.

Одна из актуальных проблем молодых инвалидов — создание семьи. Вы активно работаете над проектами в этой области. Расскажите немного об этом.

Мы работаем совместно с главным акушер-гинекологом страны и ведем адресную помощь инвалидам, которые хотят создать семью. Мы организовали несколько обучающих конференций для врачей, где их коллеги рассказывали им, что инвалид тоже имеет право рожать детей, это нормально и нестрашно, потому что до недавнего времени таких людей отговаривали. Мы работаем над этим больше года, и в последнее время жалоб практически не поступает.

А раньше поступали?

Конечно, например, пишет девушка: «Я пришла в консультацию, а на меня выпучили глаза, что я, инвалид, решила рожать». Я сама сталкивалась с такими ситуациями, с некорректным поведением в женских консультациях. Мне жаловались, я звонила в префектуру, больнице или женской консультации делали выговор, применяли административное наказание. Только так можно заставить людей быть вежливыми.

Я вхожу в состав Координационного совета по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ. Нашим советом был разработан кодекс медицинской этики, который утверждён Минздравом и будет оформлен как официальный документ. Каждый сотрудник здравоохранения, не только врачи, но и работники гардероба, регистратуры, бухгалтерии,  должны изучить его, расписаться и нести ответственность. Кодекс включает в себя разные вопросы, с моей стороны были внесены такие позиции, как корректное обращение с людьми с ограниченными возможностями.

Мы долго размышляли, как научить людей быть вежливыми, смотрели на примеры западных стран, думали, может быть, снимать социальные ролики, фильмы, и поняли, что на самом деле, всё это бесполезно. Только система высоких штрафов может заставить нести ответственность за свое поведение. Только когда ты понимаешь, что у тебя могут забрать, условно, «три рубля», ты начинаешь уважительно разговаривать и улыбаться. Надеюсь, что скоро всё это заработает полным ходом.

Вы сказали, что жалоб меньше. Какие сейчас уже есть изменения?

Женские консультации оборудуются для девушек с ограниченными возможностями, появляются специальные кресла, и врачи относятся к ним с пониманием и вниманием. Система построена так, что девушка может наблюдаться у себя дома, к ней будут приезжать врачи, брать анализы — все для того, чтобы ей испытывать наименьшее количество травм. Рожать она едет в главный центр по планированию семьи в Москве, где оборудованы специальные палаты и есть все необходимое, чтобы ей было комфортно.

Система налажена пока только в Москве, и я надеюсь, что она будет расходиться по регионам. Процесс не быстрый, но мы работаем над этим.

Вы победили в Международном конкурсе красоты среди девушек на колясках, который проходил в Риме. Чем помогло наличие титула в общественной деятельности?

Скажу так, до конкурса было сложно что-то делать в общественном плане, после конкурса — гораздо легче. Конкурс стал для меня трамплином для работы, меня начали слышать и слушать. Конкурс из себя ничего особенного не представлял, и всё, что я сделала, это побыла там и поулыбалась. Но, как и везде, у нас в стране титул мирового уровня действует. И этот титул сейчас, хотя уже не сейчас, а, скорее, на прошлом этапе, очень помог мне быть рядом с теми, кто принимает решение, помог доносить необходимые требования до верхов.

Вы изначально рассматривали конкурс как имиджевый проект? Создать имя, а затем активно заниматься общественной деятельностью?

Нет, я вообще не собиралась туда ехать и не участвовала в кастинге, это была инициатива моей подруги. Во время самого действия мне было абсолютно всё равно, чем конкурс закончится. Но это случилось и само собой изменило мою жизнь. После победы ко мне было приковано внимание журналистов и властей, всем хотелось поздравить, пообщаться, и первое, что я начала делать при встрече с руководством и СМИ, это говорить о проблемах людей с ограниченными возможностями, которые были для меня очевидны. И дальше все пошло само собой.

Я знаю, что сейчас Вы готовите проект — конкурс красоты для девушек инвалидов в регионах, расскажите, пожалуйста, подробнее.

Есть проект «Мисс цивилизация» — Всероссийский конкурс красоты для девушек с ограниченными возможностями. Финал будет проходить в Москве. Это крупный серьезный проект, который вот-вот должен выйти на финишную прямую. Мы долго его готовим, но всему свое время, и я думаю, что продукт от времени становится только качественнее. Проект очень интересный, в него входят не только элементы дефиле, но и серьёзная образовательная программа для девушек. Цель конкурса – собрать в одном месте девушек с ограниченными возможностями и создать общественную всероссийскую сеть сильных, красивых девушек, которые будут на местах «спасать мир».

Ксения, расскажите, какими еще проектами Вы занимаетесь сегодня?

Есть проект «Город для всех», который мы делаем совместно с фондом «Город». Мы инспектируем пространства на доступность для людей с ограниченными возможностями. Сейчас такие же проекты появляются в регионах, и меня это очень радует. Мы показали, что это просто — собраться вместе и выйти на улицу. Для меня это большой опыт и урок, и я вижу, что многие расшевелились.

Есть проект «Тетральная постановка», который мы делаем почти три года, сейчас прошел кастинг. Мы хотим поставить спектакль, который будет рушить все границы, это будет молодежный красивый веселый спектакль, где люди не будут до самого конца понимать, что в нем участвуют люди с ограниченными возможностями. Мне не хочется делать, то что вызывает жалость. Хочу, чтобы люди получали удовольствие.

Я считаю, что специальные мероприятия для инвалидов противоречат тому, к чему мы стремимся — интеграции и равным возможностям. Чтобы были ведущие на телевидении с ограниченными возможностями, чтобы это не вызывало какое-то изумление у людей и было нормальным.

Проектов много, но основная работа ведется в правительстве, и все это занимает много времени, также у меня есть подопечные фонды детские реабилитационные центры для особенных детей, которым тоже нужно уделять время, встречаться, поддерживать.

Сегодня отношение обычных людей к инвалидам довольно сложное: либо снисходительное, либо одни избегают других. Возможно, со временем, с  планомерной работой, конструктивным диалогом, со сменой поколений, ситуация изменится, как Вы считаете?

Да, я очень на это надеюсь. Моя дочка сейчас идет в школу, где педагог, потрясающий человек, прекрасный учитель, но инвалид в коляске. И у детей, которые там учатся, отношение к нему, как и к другим, здоровым людям. Когда я приезжаю в эту школу, я не вижу, что на меня как-то по-особенному смотрят. В других школах толпятся вокруг тебя люди и задают часто некорректные вопросы, здесь такого нет, потому что дети растут в среде, где это нормально, где в классах со здоровыми детьми учатся дети с разными отклонениями и это для них тоже нормально.

Ксения, у Вас так много общественной работы, а есть ли у Вас хобби?

У меня есть любимое хобби — этнические барабаны. Занимаюсь этим уже два года. Живу ритмами и общением с ребятами из нашего PREODRUM. Ничто так не снимает нервное напряжение после советов и встреч на высоком уровне, как отбивание ритмов. Выхожу после репетиции умиротворенная, спокойная, счастливая… Все переживания и боль выбиты ладошками.

А какие вообще хобби доступны инвалидам?

Считаю, что любое хобби, если это страсть, может быть доступным для инвалидов… Оно может иметь немного иной вид, чем у здоровых, но оно имеет место быть! Незрячие люди пишут картины, а колясочники рассекают по морям на вейк-бордах — это ли ни доказательство моим словам?

Интервью было взято для электронной газеты «Территория L».
Share on FacebookShare on VKShare on Google+Tweet about this on TwitterShare on LinkedIn
comments powered by HyperComments